еред собой тростью, чтобы не наткнуться на мебель (он плохо видит в полумраке и хромает), я прошел мимо зеркала в гостиной и увидел себя с головы до ног - в зеленом, с белым крахм..
Габриель Гарсия Маркес (Gabriel Garcia Marquez)
«Палая листва»
.. Одну-единственную каплю... А уж муравьи сами унесут мед и разделят между собой... - Всего одну каплю в месяц? - удивилась молодая женщина...
Андре Моруа (Andre Maurois)
«Муравьи»
ый, безоружный, в веселеньком фартуке и соломенной шляпе, он продавал не только яблоки, но и прекрасные свежие побеги спаржи, которые любила жена Уинзера Банни, пусть е..
Джон Ле Карре (John Le Carre)
«Сингл и Сингл»
Смотрите также:
Рита Снайп.Болеслав Прус-скарабеи в романе Фараон
Польский писатель Болеслав Прус
Вы читаете «Обращенный», страница 19 (прочитано 100%)
«Анелька», закладка на странице 10 (прочитано 8%)
«Антек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дворец и лачуга», закладка на странице 10 (прочитано 13%)
«Доктор философии в провинции», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Жилец с чердака», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Михалко», закладка на странице 10 (прочитано 75%)
«На каникулах», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
..
Понятно?
Пан Лукаш начал кое-что соображать.
- Суд божий... суд божий! - бормотал он, а потом вдруг спросил
Криспина: - Извини, пожалуйста... Значит, ты не погиб при крушении поезда?
- Да я в нем и не ехал. Однако что ты говоришь, Лукаш?
- Постой! - перебил его старик. - Значит, ты не умер и не попал в ад?
В это время в комнату вбежал дворник с туфлей в руке.
- Вот, сударь, ваша туфля! - крикнул он. - Я нашел ее за бочкой...
Пан Лукаш внимательно осмотрел свою туфлю, но не обнаружил на ней
никаких следов адского пламени.
- Так и моя туфля тоже не была в аду?.. - прошептал старик.
- Ты рехнулся, Лукаш! - сердито крикнул адвокат. - Я говорю тебе, что
мы проиграли дело в суде, а ты несешь что-то несусветное. Ну, при чем тут
ад?..
- Понимаешь, я вчера видел очень странный и неприятный сон...
- Да брось ты! - прервал его Криспин. - Страшен сон, да милостив бог!..
Сейчас не о снах речь, а о том, выедешь ты из дома или будешь продолжать
тяжбу с дочерью?
Пан Лукаш задумался. Он прикидывал и так и этак, наконец решительно
заявил:
- Буду судиться!
- Вот это я понимаю! - воскликнул адвокат. - Но постой!.. Была у меня
сегодня жена столяра и сказала, что ты отказался от торгов. Это правда?
Лукаш так и подскочил...
- Боже сохрани! Вчера мне было немного не по себе, ну, я и обещал ей
отменить торги и даже - стыдно сознаться! - дал бабе два рубля. Но сегодня я
уже в здравом уме и торжественно отрекаюсь от своих безрассудных обещаний.
- Отлично! - сказал с улыбкой адвокат, пожимая руку Лукашу. - Теперь я
узнаю тебя... Но когда я вошел сюда, ты показался мне словно другим
человеком.
- Я все тот же, все тот же - до самой смерти! Всегда твой неизменный
Лукаш! - растроганно ответил старик. - Жаль только тринадцати рублей,
которые у меня вчера выудили...
После этих слов приятели крепко расцеловались.
ПРИМЕЧАНИЯ
ОБРАЩЕННЫЙ
Рассказ впервые опубликован в 1881 году в юмористическом
иллюстрированном календаре "Мухи". Первое книжное издание - в 1895 году, в
сборнике "Вечерние рассказы".
Страницы: (19) : << ... 111213141516171819
Тем временем:
... В остальном же ничем не отличалась от своих сверстников». А в конце как никто другой душевно сыграла на пианино. «Хм-м», -- подумал я.
-- Ты, наверное, думаешь, что эта женщина -- скучная? -- спросила она. -- На самом деле -- прекрасный человек!
-- Хм-м.
Остановив занесённую ко рту ложку, она впилась взглядом в моё лицо.
-- Правда-правда! Может, ты не поверишь...
-- Верю, -- ответил я. -- Вот высплюсь, проснусь -- тогда смогу верить ещё сильней.
-- Она и в правду чуточку банальна, но банальность -- не такой уж и порок.
-- Точно -- не порок, -- кивнул я головой.
-- Не думаешь, что это лучше, чем, как ты, искоса смотреть на мир?
-- Ничего и не искоса! -- запротестовал я. -- Просто меня полусонного потащили для ровного числа на свадьбу совсем незнакомой девчонки. Только потому, что она, якобы, подруга моей подруги. Я вообще ненавижу свадьбы. Сидят сто человек и едят паршивые устрицы!..
Она, не проронив ни слова, аккуратно опустила ложку в тарелку и вытерла рот краем белой салфетки. Кто-то запел. Несколько раз сверкнула вспышка.
-- А тут ещё эта дрёма, -- добавил я. Ощущение, будто меня бросили одного в незнакомом городе и без чемодана. Я сидел, скрестив руки, когда принесли стэйк, над которым, как и следовало ожидать, распласталось газообразное тело. «Представь, что здесь белая простыня», -- заговорило оно. -- «Шикарная белая простыня -- только из стирки. Ну как? Ныряй в неё! Сначала покажется зябко, но это сразу пройдёт. Там пахнет солнцем!»
...Её маленькая ручка коснулась моей кисти. Едва заметно запахло духами. Тонкие прямые волосы скользнули по моей щеке... Я открыл глаза, как будто от толчка.
-- Уже скоро конец. Потерпи. Прошу тебя! -- сказала мне на ухо подруга. Белое шёлковое платье отчётливо выделяло форму её груди.
Я взял в руки нож и вилку и медленно порезал мясо Т-образными линиями. За столами веселились гости. К их громким беседам подмешивалось клацанье вилок о тарелки. Стоял шум прямо как в метро в час пик.
-- Если честно, я засыпаю на всех без разбора свадьбах, -- признался я. -- Причём всегда. Будто так нужно.
-- Да ну!
-- Я не вру. Ну, правда. Не знаю почему, но ещё не было ни одной свадьбы, где я бы не заснул...