Болеслав Прус (Boleslav Prus) - Произведения - Обращенный

Явившись на свет с инстинктом стяжательства, он не
размышлял о цели своих поступков, не сознавал их последствий, а просто
хватал все, что мог. Он был глух к воплям отчаяния и проклятьям, равнодушен
к горю, которое причинял людям, и непритязателен в быту: обирая всех, кого
придется, сам он не изведал никаких радостей и только старался побольше
захватить и скопить. Это не доставляло ему ни малейшего удовольствия, но
удовлетворяло слепой инстинкт стяжательства.
Ребенком Лукаш выманивал игрушки у своих сверстников и сгонял их с
удобного местечка на песке; дома он объедался до несварения желудка, а
остатками набивал себе карманы, лишь бы его порция не досталась маленькому
братишке или сестренке. В школе Лукаш дни и ночи просиживал над книжкой
только ради награды и огорчался чуть не до слез, когда награды все-таки
доставались другим.
Юношей Лукаш поступил на службу, но тут он хотел бы один занимать все
должности, исполнять все обязанности, получать все жалованья и пользоваться
всеми милостями начальства. Наконец, в жены себе Лукаш выбрал самую красивую
и богатую девушку, но женился он не по любви, а из опасения, что она
достанется кому-нибудь другому. При этом он же был недоволен своей судьбой и
пытался совращать жен своих сослуживцев и знакомых.
Однако в тот период он встретил серьезные препятствия. Сослуживцы
охотно уступали Лукашу составление докладов, но крепко защищали свои чины и
жалованье. Начальство широко пользовалось его услугами, но на милости
скупилось. Наконец, дамы, за которыми Лукаш волочился, издевались над его
безобразной внешностью, а мужья их нередко делали весьма чувствительные
внушения назойливому вздыхателю.
Наученный горьким опытом, Лукаш уже не пытался захватить все земные
блага, решив ограничиться тем, что было близко и доступно. Он стал собирать
мебель, книги, одежду, редкие вещи и - прежде всего - деньги.
Однако в погоне за богатством Лукаш совсем не думал о его
использовании. Он не следил за домом, не держал прислугу, обедал в захудалых
трактирах, очень редко ездил на извозчике, годами не бывал в театре и
никогда не лечился, чтобы не тратить деньги на докторов.
Жена Лукаша вскоре умерла, оставив ему дочку и каменный дом. Кое-как
воспитав дочь, отец поспешил выдать ее замуж. Но свадьбу он не справил,
обещанного приданого не дал и даже присвоил дом, принадлежавший ее матери. В
конце концов он добился того, что зять затеял против него тяжбу, требуя
возвращения дома. Дело было ясное, и пан Лукаш неизбежно должен был
проиграть, но отступиться добровольно не хотел. Человек он был опытный,
искусный в крючкотворстве и всегда умел найти множество уловок, чтобы
затянуть процесс, в чем ему усердно помогал пан Криспин.

Страницы: (19) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... - Понравилось тебе там?
- Чикаго мне больше по вкусу, отец, - ответил Бэйтмен.
- Эдварда Барнарда ты не привез с собой?
- Нет.
- Как он там живет?
Бэйтмен помедлил, его красивое, тонкое лицо омрачилось.
- Я бы не хотел о нем говорить, - сказал он наконец.
- Хорошо, мой друг, не надо. У твоей матери сегодня счастливый день.
Они миновали самые людные улицы и теперь ехали берегом озера к
внушительному зданию, точной копии одного старинного замка на Луаре, которое
мистер Хантер построил несколько лет назад. Едва Бэйтмен оказался один в
своей комнате, он поднял телефонную трубку и назвал номер. Ответил знакомый
голос, и сердце его забилось.
- Добрый день, Изабелла, - весело сказал он.
- Добрый день, Бэйтмен.
- Как это вы узнали мой голос?
- Я не так уж давно его слышал. И потом я ждала вас.
- Когда можно вас увидеть?
- Если у вас нет ничего более интересного на сегодняшний вечер,
приходите к нам обедать.
- Вы прекрасно знаете, что для меня не может быть ничего интереснее.
- Вам, наверно, есть о чем порассказать?
Ему почудилось в ее голосе нотка настороженности.
- Да, - ответил он.
- Хорошо, вечером вы мне все расскажете. До свидания.
Она положила трубку. Это так похоже на нее - ждать долгие часы, хотя
можно было бы и раньше узнать о том, что так близко ее касается. В ее
сдержанности Бэйтмен видел замечательную силу духа.
Обедали только вчетвером: Изабелла, ее родители и Бэйтмен. Он наблюдал,
как она все время направляет разговор, не давая ему выйти за рамки легкой
светской болтовни, и ему пришло в голову, что точно так же какая-нибудь
маркиза, над которой уже нависла тень гильотины, болтала о всяких пустяках,
не желая думать о неумолимом завтра. Тонкое лицо, аристократически короткая
верхняя губка и пышные белокурые волосы тоже придавали ей сходство с
маркизой, и, даже не будь это всем известно, вы угадали бы, что в ее жилах
течет кровь лучших семей Чикаго...

Уильям Сомерсет Моэм (William Somerset Maugham)
«Падение Эдварда Барнарда»