 |
|
Болеслав Прус (Boleslav Prus) - Произведения - Анелька
Европейская цивилизация все еще была для него внове, и за последние полгода он столкнулся с проблемами, о которых раньше не подозревал. Стоило ему встрети..
Генри Джеймс (Henry James)
«Осада Лондона»
Подождите здесь, дети, может быть, я возьму это мясо. (Делает шаг вперед, из корзины вываливается несколько кокард.) Жан, неси осторожнее, мы, наверно, уже не одну потеряли по дороге...
Бертольт Брехт (Bertolt Brecht)
«Дни коммуны»
РЕМ. Вы опять мешаете Адольфу выступать. КРУПП. Его речи пикантнее слушать не спереди или сбоку, а отсюда, с изнанки...
Юкио Мисима (Yukio Mishima)
«Мой друг Гитлер»
отдых на Селигере
Жемчужина русской природы - озеро Селигер находится в центре Европейской части России, между Москвой и Санкт-Петербургом, среди лесистых холмов Валдайской возвышенности.
www.greenstone.ru
Смотрите также:
Рита Снайп.Болеслав Прус-скарабеи в романе Фараон
Польский писатель Болеслав Прус
«Анелька» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 115) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... Все застыли в оцепенении, настолько
потрясенные, что никто даже не пытался удержать животное. "Кто
пустил сюда эту чертову скотину? -- со злостью выкрикнул
начальник тюрьмы.-- Поймайте же ее!"
Выделенный из эскорта стражник неуклюже бросился ловить
пса; пес же подпрыгивал и вертелся, подпуская его совсем
близко, однако в руки не давался, расценив, видимо, все. это
как часть игры. Молодой стражник-индус подхватил горсть гравия
и хотел отогнать пса камнями, но он ловко увернулся и снова
бросился к нам. Радостное тявканье эхом отдавалось в тюремных
стенах. Во взгляде осужденного, которого крепко держали двое
стражников, читалось прежнее безразличие: будто происходящее
было очередной формальностью, неизбежно предшествующей казни.
Прошло несколько минут, прежде чем собаку удалось изловить.
Тогда мы привязали к ошейнику мой носовой платок и снова
двинулись в путь, волоча за собой упиравшееся и жалобно
скулившее животное.
До виселицы оставалось ярдов сорок. Я смотрел на смуглую
обнаженную спину шагавшего впереди меня осужденного. Он шел со
связанными руками, на вид неуклюжей, но уверенной походкой
индусов - не выпрямляя колен. При каждом шаге мышцы идеально
точно выполняли свою работу, завиток волос на голове
подпрыгивал вверх-вниз, ноги твердо ступали по мокрому гравию.
Один раз, несмотря на державших его за плечи людей, он шагнул
чуть в сторону, огибая лужу на дороге.
Как ни странно, но до этой минуты я до конца не понимал,
что значит убить здорового, находящегося в полном сознании
человека.
Когда я увидел, как осужденный делает шаг в сторону,
чтобы обойти лужу, я словно прозрел - я осознал, что человек не
имеет никакого права обрывать бьющую ключом жизнь другого
человека. Осужденный не находился на смертном одре, жизнь его
продолжалась, так же как наши. Работали все органы: в желудке
переваривалась пища, обновлялся кожный покров, росли ногти,
формировались ткани - исправное функционирование организма,
теперь уже заведомо бессмысленное...
Джордж Оруэлл (George Orwell)
«Рассказ. Казнь через повешение»
